Меню




Буря потерь секс


Мысль о том, что согласие на участие в половом акте должно быть точкой отсчета для определения того, в чем именно заключается законно допустимый и желательный с точки зрения общества секс, далеко не так очевидна. Порог доверия — это пространство, в котором партнеры могут исследовать ценность сексуальных переживаний именно потому, что здесь они непосредственно затрагивают границу между допустимым и недопустимым.

Истинной перспективой сегодняшней полемики вокруг секса является то, что она открывает новое пространство для теоретических оценок границ по-настоящему смелого и приносящего удовлетворение секса.

Буря потерь секс

Но у этой логики есть два больших недостатка. В своих доводах MeToo очевидно берет за основу патриархат как культурный контекст и делает его своей мишенью. Двусмысленность представлений о том, в чем заключается сексуальное желание и как оно должно быть выражено, является скорее сексуальной нормой, чем исключением.

Буря потерь секс

Иными словами, закон должен быть приспособлен к тому, чтобы отслеживать культурные сдвиги, которых требует движение MeToo. Нас уверяют в том, что мужчины заинтересованы в расширении или по крайней мере сохранении существующих сексистских форм социального контроля над женщинами.

Отчасти потому, что в разные моменты секс означает очень разные вещи.

Это означает, что согласие не есть вещь в себе, которую может найти либо сексуальный партнер, либо суд с присяжными. Как и информированное согласие на медицинские процедуры, половые отношения по обоюдному согласию имеют оспариваемое юридическое толкование, которое с течением времени менялось.

Газеты пишут о

Двусмысленность представлений о том, в чем заключается сексуальное желание и как оно должно быть выражено, является скорее сексуальной нормой, чем исключением. Секс за деньги действительно может привести к возникновению деловых, договорных условий, в которых стороны торгуются и соглашаются на конкретные действия по установленной цене.

Сексуальное удовольствие у женщин часто рассматривается как более сложное и менее предсказуемое, чем у мужчин. Иными словами, закон должен быть приспособлен к тому, чтобы отслеживать культурные сдвиги, которых требует движение MeToo.

Даже те юрисдикционные системы, которые касаются сексуального насилия и основаны на признании согласия — где согласие понимается как субъективный продукт сознания истца во время предполагаемого сексуального насилия — опираются на выработанное судебной практикой толкование согласия.

Можно представить себе, что, к примеру, притягательность удушения по крайней мере частично объясняется неподдельным страхом, который оно порождает. Сторонники утвердительного согласия считают, что сексуальные партнеры должны активно искать четкие сигналы согласия на всем протяжении сексуального акта.

Даже те юрисдикционные системы, которые касаются сексуального насилия и основаны на признании согласия — где согласие понимается как субъективный продукт сознания истца во время предполагаемого сексуального насилия — опираются на выработанное судебной практикой толкование согласия.

Это ошибка. Это понятие, которое закон использует для различения уголовно наказуемого и ненасильственного секса.

Закон и общество должны поддерживать только тот секс, в основе которого лежит искреннее желание. Концепции утвердительного и восторженного согласия представляют такого рода сексуальную практику как отклоняющуюся от нормы и преступную.

Но не все сексуальные отношения могут — или должны — сводиться к атомистической встрече сознаний двух индивидов. Один и тот же половой контакт, взятый в целом, может быть по-разному унизительным и в то же время пикантным, отвратительным и в то же время интригующим, пугающим и все-таки захватывающим.

Тем самым мы не хотим сказать, что в сексе нет никаких ограничений, скорее мы предлагаем каждому вырабатывать ограничения, которые согласуются с эротическим потенциалом полового акта.

В такие моменты, решаясь на крайнюю степень личной незащищенности, мы можем создать пространство для возникновения предельной степени доверия. Какая находящаяся в здравом уме феминистка с этим не согласится?

Если не брать в рассмотрения ситуации явного согласия или отказа, показания заявителя сочетаются с другими типами доказательств, включая вербальное и невербальное поведение обеих сторон на протяжении всего полового акта.

Сторонники утвердительного согласия считают, что сексуальные партнеры должны активно искать четкие сигналы согласия на всем протяжении сексуального акта. То, как общества решают проблему секса, говорит о них очень многое.

Но не все сексуальные отношения могут — или должны — сводиться к атомистической встрече сознаний двух индивидов. Секс за деньги действительно может привести к возникновению деловых, договорных условий, в которых стороны торгуются и соглашаются на конкретные действия по установленной цене.

Нас уверяют в том, что мужчины заинтересованы в расширении или по крайней мере сохранении существующих сексистских форм социального контроля над женщинами. Это понятие, которое закон использует для различения уголовно наказуемого и ненасильственного секса.

В своих доводах MeToo очевидно берет за основу патриархат как культурный контекст и делает его своей мишенью. Иными словами, закон должен быть приспособлен к тому, чтобы отслеживать культурные сдвиги, которых требует движение MeToo. Эксперименты с болью или страхом могут сдвинуть ожидаемые сексуальные границы именно потому, что они касаются уязвимых состояний человека.

Когда женщина заявляет о применении к ней насилия, мы должны ей поверить. Как и информированное согласие на медицинские процедуры, половые отношения по обоюдному согласию имеют оспариваемое юридическое толкование, которое с течением времени менялось. Нас уверяют в том, что мужчины заинтересованы в расширении или по крайней мере сохранении существующих сексистских форм социального контроля над женщинами.

Но как определить наличие или отсутствие обоюдного согласия?

Сексуальная автономия не является исключительно вопросом личной воли, скорее, она находит свое выражение через взаимодействие двух или более партнеров. В настоящее время дискуссия о том, каким должен быть секс, сосредоточена на проблеме индивидуального выбора и сексуальной автономии.

Создается впечатление, что мы живем в эпоху обоюдного согласия. Это ошибка. Иными словами, закон должен быть приспособлен к тому, чтобы отслеживать культурные сдвиги, которых требует движение MeToo.

Закон и общество должны поддерживать только тот секс, в основе которого лежит искреннее желание. Более конкретные желания и пути их удовлетворения часто проявляются и возникают в сам момент сексуальных отношений. Это доверие основано не на согласии, а на совместном обязательстве принять тот факт, что сексуальное удовольствие и опасность часто соседствуют друг с другом.

Отчасти потому, что в разные моменты секс означает очень разные вещи.



Групповое порно келли с клоунами
Бесплатное порно онлайн нестандартное
Гиалуроновая кислота вагинальная
Бесплатно смотреть порно тимошенко
Pussy riot себе в пизду запихала курицу в супермаркете
Читать далее...